Анастас Микоян… Жизнь, отданная Армении

Анастас Микоян… Жизнь, отданная Армении

Анастас_Иванович_МикоянМногие отечественные и зарубежные историки, политологи и аналитики до сих пор пытаются понять, как армянскому юноше из бедной семьи удалось стать одним из самых выдающихся политических деятелей XX века. В данной статье речь пойдет о человеке, который не только заложил основы советской пищевой промышленности и стал главным лицом на обложке всемирно известного журнала «Time», но и был ключевой фигурой в разрешении Карибского кризиса 1962 года, который мог перерасти в Третью мировую войну. A самое главное – сделал для Армении и Нагорного Карабаха так много, что, услышав его имя, азербайджанская пропаганда до сих пор впадает в трепет.
О том, что он сделал для мира, написано много. Но, к сожалению, некоторые «деятели» в Армении обвиняют Анастаса Микояна во всех грехах и усердно противятся строительству памятника в Ереване, который, с учетом его заслуг, должен был стоять давно. Противники воздвижения памятника мотивируют тем, что он, мол, ничего для Армении не сделал. Даже некоторые «умники» в Армении осмелились его назвать убийцей.
Убийцей его называют и азербайджанцы. Вот, например, одна из многочисленных публикаций азербайджанцев на сайте http://karabakh-doc.azerall.info/ru/armyanstvo/arm49.php: «Как известно еще Царская Россия поделила Азербайджан с Ираном. Позднее Ленин, а затем Сталин путем этнических чисток, депортаций, изменения демографической ситуации в пользу армян способствовали возникновению на территории Азербайджана незаконнорожденного «Нагорного Карабаха» со статусом «автономии» вместо уничтоженного большевиками исторически Азербайджаского Ханства «Карабах». Во всех этих преступлениях против нашего народа есть умысел и окровавленная рука армянина Микояна».
Авторы этих строк, наверное, тоже против того, чтобы построить памятник этому человеку, но по другой причине – потому, что он армянин. А противником сооружения памятника в Ереване является «интеллигенция», которая смотрит на вещи односторонне, не учитывая реалии того времени. Возникает вопрос: если бы он не сделал для Армении столько, то стала бы азербайджанская пропаганда тратить так много денег на борьбу с ним? Не осознавая того, противники сооружения памятника Микояну в Ереване помогают азербайджанской пропаганде достигнуть своей цели.
Вот что дальше пишет азерпроп про Микояна: «Под всемогущим крылом Микояна находились армяне-министры. Армяне занимали высокие посты в КПСС, в правительстве, госплане, академии наук, МИД, армии, правоохранительных органах СССР, также по протекции Микояна выдвигались армяне и в области искусства, культуры и спорта».
Неужели азербайджанцы понимают, что Микоян сделал для армян, а мы – нет?
Бахтияр Наджафов, один из главных армянофобов Азербайджана, ненавидя Микояна, назвал свою книгу «Лицо врага»: «Непрочность правительства показал очередной карабахский кризис – армянские националисты, прекрасно осведомленные о затруднительном положении Азербайджана, по указке Микояна начали мятеж в Карабахе, одновременно развивая наступление со стороны Зангезура. Оставаясь в душе убежденным дашнаком, воинствующим националистом, Микоян мог вместе с тем, пламенно клеймить с трибуны дашнаков как «лакеев буржуазии», «врагов народа», «прихвостней международного империализма». Он мог даже из тактических соображений выступать иногда против армянских интересов, но его генеральная линия оставалась всегда проармянской, а маска большевика-патриота помогала успешно проводить эту линию в жизнь.
Микоян никогда не афишировал свое огромное тайное влияние, роль в правящей верхушке, был своего рода «серым кардиналом» – это его устраивало. В 1920 году, когда был решен вопрос о захвате большевиками Закавказья, в первую очередь Азербайджана, именно Микоян явился автором плана интервенции и, постоянно находясь при XI Армии, поддерживал тесную связь с большевистской пятой колонной в Баку, не прерывая своих связей с дашнакской Арменией и сепаратистами в Карабахе, координировал действия всех этих сил, выступавших против независимого Азербайджана. К нему сходились все нити заговора, и ему легко было руководить им, используя свое официальное положение члена бюро Кавказского Краевого Комитета и секретаря Бакинского бюро АКП (б)».
По словам секретаря Степана Шаумяна Ольги Шатуновской, Нариманов прибыл в Баку вскоре после его советизации – 16 мая 1920 года. В тот же день он занял должность председателя Временного военно-революционного комитета Азербайджана. Летом 1920 года, когда готовилась первая программа компартии Азербайджана, Нариманов поставил перед Кремлем вопрос о необходимости подписания между Кремлем и Баку договора о признании независимости советского Азербайджана. Он считал, что это даст возможность Баку самостоятельно вести переговоры с Турцией и вообще с другими закавказскими государствами в качестве полноценного субъекта международного права. На этой почве, как выразилась Шатуновская, между Микояном и Наримaновым произошел «мордобой». Это дело разбиралось в Кавказском крайкоме РКП(б), но его не предали огласке. Тем не менее, Микоян выиграл, поскольку к моменту подготовки российско-турецкого мирного договора советский Азербайджан так и не стал субъектом международного права.
Он был смелым человеком, и об этом свидетельствует его биография.
Когда началась Первая мировая война, в связи с действиями русских войск против Турции у армян появились надежды на освобождение от турецкого ига западных соотечественников, и группа учеников семинарии, в том числе Анастас, в ноябре 1914 года записались добровольцами и попали в дружину легендарного армянского военачальника Андраника. Анастас участвовал в боях и пробыл на фронте до апреля 1915 года, когда он заболел и попал в госпиталь.
Анастас Микоян организовал в 1947-1952 годах перемещение более 200 тысяч азербайджанских тюрков из мест компактного проживания в Армянской ССР в равнинные области Азербайджанской ССР.
Деятельность Анастаса Микояна до сих пор окутана завесой тайны, хотя кажется, что о нем известно почти все. Однако обнародованная часть его биографии – это не более чем вершина дрейфующего в бурных водах XX столетия айсберга. По мнению западных аналитиков, венцом многолетней политической биографии Анастаса Микояна стали его усилия по разрешению чреватого третьей мировой войной Карибского кризиса. Между тем сам политик эту свою миссию таковой не считал: «универсал» добивался другого.
Первую попытку поднять вопрос о Нагорном Карабахе армяне предприняли еще в конце 50-х годов при поддержке А.И. Микояна. В начале 60-х он неоднократно ставит об этом в известность Никиту Хрущева – тщетно! На закате своей власти генеральный секретарь даже вспылит: «Я готов предоставить 12 тысяч военных грузовиков для переселения армян НКАО в Армению в течение одних суток, чтобы ты только не поднимал этот вопрос». Этот вопрос он также поднимал во времена Сталина и даже привел последнего в ярость. Великие деятели и историки всегда восхищались универсальностью Анастаса Микояна. Анастас Микоян, обьясняя причину своего политического долгожительства, сказал: «Коротко говоря, мне просто повезло». Ему действительно повезло – его не убили на турецком фронте в 1915 году, когда он сражался в отряде Андраника за свободу армян, в Баку в 1918 году его могли убить азербайджанцы, наконец, его мог бы убить Сталин…
В октябре 1952 года Сталин на XIX съезде высказался против включения Микояна в президиум съезда, а потом на пленуме весьма резко говорил о нем. Проживи вождь на пару месяцев больше, Микоян покинул бы этот мир намного раньше (показания против него вовсю выбивались у арестованных по делу Еврейского антифашистского комитета). Про Анастаса Микояна рассказывали такой анекдот: “В Кремле на выходе из первого корпуса под крышей стоят члены политбюро. Идет дождь. Выходит Берия, над ним открывают зонт, затем Хрущев, то же самое, затем выскакивает Микоян. Сталин: «Анастас, зонт возьми!» А тот отвечает: «Я между струйками, товарищ Сталин, между струйками…»
Вот так «между струйками» Микоян десятки раз уходил от смертельной опасности.
Хотелось бы, чтобы противники сооружения памятника прочитали бы книгу Микояна «Так было», а также воспоминания его сына Серго Микояна. Да, безусловно, в его жизни были и темные страницы, но белые пятна преобладают над черными пятнами 1937 года. Он сам не отрицал эти черные пятна в своей жизни и написал в своей книге «Так было»: ,, … в Ереване все шло по сценарию Сталина. Со мной был направлен Маленков, тогда заворг ЦК, занимавшийся кадрами и всем известный как доверенное лицо Сталина. Ему первому показали список на аресты. Неожиданностью для меня стало появление в зале Берия. Он вошел, когда я выступал с трибуны. Не исключаю, что я мог измениться в лице, я решил, что Сталин поручил ему приехать, чтобы арестовать меня прямо на Пленуме… Позже я понял, что это тоже входило в сценарий; опасаясь моей непредсказуемости, загнать меня в угол, показать что у меня нет выбора, кроме полного подчинения…» А вот что вспоминает его сын Серго Микоян : «В октябре 1952 года Сталин заявил, что Микоян и Молотов объективно стали агентами Запада, попали под его влияние. То есть, если бы не смерть Сталина, не стало бы ни моего отца, ни меня, ни моих братьев».
Его противники обвиняют Микояна в репрессиях на основании странного документа написанного Ежову, причем его подписи там нет. Но никто не задает себе вопрос, почему именно Микояну доверили возглавить комиссию по реабилитации заключенных во время Хрущева? Если бы он был порочен так, как его пытаются представить, то ему такой ответственный пост не доверили бы. Именно Анастас Микоян уговорил Хрущева, чтобы тот в 1956 году, в феврале и в марте, разоблачил Сталина на 20-м сьезде. На сьезде он раскритиковал Сталина сильнее, чем Хрущев. И после этого он возглавил комиссию по реабилитации. По его указанию представители прокуратуры и министерства внутренних дел освобождали из лагерей тысячи невинных людей, среди которых было много армян. После смерти Сталина Каганович и Молотов не хотели делать резких изменений и освобождать людей из ГУЛага. Вот что пишет о Микояне доктор исторических наук Серебрякова З.Л. в своей статье «Оттепель, заморозки, оттепель…»
«Толпы еще вчера безгласных людей хлынули в Военную коллегию Верховного суда, Прокуратуру СССР уже не с робкой просьбой о справедливости, а требуя ее, ссылаясь на слова лидера страны, произнесенные с трибуны съезда. Были созданы 97 комиссий Верховного Совета СССР, многочисленные комиссии с участием старых большевиков, которые разъехались по всему ГУЛАГу, возвращая жизнь, свободу, добрые имена наиболее бесправным и униженным. Надо отдать должное А.И.Микояну, принявшему непосредственное участие в реабилитациях; тогда часто можно было услышать: «Анастас Иванович помог». Интересно, знает ли это ведущий передачи «Урвагиц,» Петрос Казарян, который, дезинформируя общественность на канале Кентрон 12.05.2014 года, называя Микояна убийцей, приглашает на свою передачу внука репрессированного и сваливает вину Сталина и других палачей на Анастаса Микояна? Знает ли этот участник передачи, дед которого пострадал от репрессий, что его используют в политических целях, поставив все с ног на голову? Он говорит о реабилитации деда, но не знает, что это заслуга Микояна. И вместо того, чтобы объективно рассказать о Микояне, связывают его имя с Таможенным союзом и даже с победителем «Евровидения» Кончитой. Неужели дошли до того, что бородатый трансвестит лучше Микояна? Неужели для них приятно видеть в Ереване памятник трансвеститу, чем Микояну? И чему учат молодое поколение этой передачей? Как сказал сын великого деятеля Серго Микоян: «Когда мне задают вопрос, что сделал Микоян для Армении, я всегда удивляюсь над наивностью этого вопроса. Чего они хотят, чтобы на результатах разговоров, которые в дальнейшем превращались в решения, отметили «по инициативе Микояна» или «с помощью Микояна» или «по совету Микояна»? Те люди, которые могли бы ответить на эти вопросы, к сожалению, умерли. Но есть результат его работы и надо быть слепым, чтобы этого не видеть.
Наверное, противники Микояна запамятовали, что еще при жизни Сталина, в 1947-м, Микоян осмелился упомянуть репрессированного великого армянского поэта Егише Чаренца в своей речи при баллотировании в депутаты Верховного Совета СССР, как всегда – от Армении. Это было сигналом, и уже в январе 1949 г. в Армении начали заниматься архивно-следственным делом Чаренца, да видно – пассивно, и Микоян вторично высказался о поэте после смерти Сталина, до ХХ съезда – в марте 1954 г.. Выступая в Ереване в оперном театре перед избирателями, он сказал: «Почему не издаете Чаренца, Раффи и других запрещенных писателей? Ждете особых указаний?»
В честь Чаренца Микоян назвал город Чаренцаван. В 1960 году во время встречи с секретарем комсомола Азербайджана Шерали Микоян строго сказал, что во всем виноват Баку и там делают все, чтобы армяне оставили Карабах, как оставили Нахичеван. И Микоян продолжал многое делать, чтобы присоединить Карабах к Армении. Многие документы не сохранились, но устные свидетельства говорят об этом. У критиков Микояна дилетантский подход. Они считают, что раз он правил в эпоху Сталина, то несет ответственность за это. Исходя из их логики, надо стереть из памяти Григора Зограба, который был депутатом при младотурках и защищал в судах армянских политических обвиняемых, спас многим из них жизнь. По их логике, русские должны забыть Петра Первого, а англичане вообще не должны упоминать Френсиса Дрейка и т.д. Мы не хотим поставить памятник достойному человеку, в то время как во многих странах ставят своим героям памятники, невзирая на их темные стороны. Например, бельгийский король Леопольд-2, который отвечает за гибель миллионов людей, тем не менее, в Брюсселе ему поставлен памятник. Мао Цзе Дун, основоположник «культурной революции», которому сооружен мавзолей в Пекине. Есть много таких примеров.

Многое Микоян делал для Армении тайно. Каждый раз к нему приходили руководители Армении в Москву, среди них – Кочинян, Папян, Зурабян, и советовались с ним. Не случайно именно в это время начали собирать подписи для воссоединения Нагорного Карабаха с Арменией. Он не афишировал свою помощь Армении, поскольку считал это своим долгом, но его помощь была проявлена конкретно в делах.
mikoyan170514Благодаря этому человеку мир открыл Арама Хачатуряна. Арам Хачатурян поставил балет «Спартак» с подсказки Анастаса Микояна. Армения была первой республикой, которая в те тяжелые годы провела декаду армянского искусства в Москве, привезла в столицу свой национальный балет. В Ереване Арам Хачатурян не был столь популярен, и многие узнали Арама Хачатуряна благодаря Микояну. В дружеской беседе Анастас Микоян высказал пожелание создать к предстоящей декаде армянского искусства балетный спектакль (он стал одним из первых в армянском музыкальном театре и первым из национальных балетов, показанных на предвоенных декадах). Идея эта вполне соответствовала собственным творческим устремлениям композитора. Тема балета родилась тогда же в беседе с Микояном, посоветовавшим Араму Хачатуряну встретиться с известным армянским режиссером Геворком Ованесяном, написавшим недавно балетное либретто «Счастье».
Вот что он пишет в конце своей книги: «…И просвета не видно. Никакой демократизации, которую я ожидал после войны, не видно и сейчас, почти через 30 лет после нашей победы, которая вселяла большие надежды. Ни в партии, ни в обществе. Остается только надеяться, что это не вечно». Разве это не подвиг, оставить спокойную жизнь в семинарии и отправиться на фронт для спасения армян от турецкого ига, для освобождения Западной Армении от турок, бороться за освобождение от турок Вана? Разве не об этом мы все мечтали? Он не боялся еще в то время, когда многие отрицали геноцид в Армении, сказать, что это первый в мире геноцид. Благодаря в том числе ему мир признал геноцид армян, но сегодня директор музея геноцида обвиняет его в убийстве армян. Печально. Если бы не Микоян, то количество убитых армян было бы несравненно больше, и он на деле сделал все, чтобы предотвратить убийства. С подачи азерпропа начались распространяться фальшивки в его адрес. И даже после его смерти борьба властей Баку продолжается с ним. Разве с ним с такой яростью боролись бы наши враги, если бы он отдавал приказы убивать армян? А ведь они тратят миллиарды долларов, чтобы опорочить этого человека и, кажется, они достигли своих целей. Да, не ценим мы своих героев. Почему в Москве есть мемориал Микояна, ледокол носит его имя, заводы названы его именем, а мы не можем поставить ему скромный памятник из-за того, что азерпроп и иже с ним распространяют какие-то фальшивки? А может противникам памятника, азербайджанской пропаганде и подсказчикам из-за кордона, не дают покоя следующие слова Анастаса Микояна из книги «Так было»: «Каждый добропорядочный армянин понимает, что гарантией физического существования армянского народа и сохранения им своей национальной государственности является неразрывная связь с Россией». Ведь не случайно против него выступают те же лица, которые против сближения с Россией. Хочу напомнить этим русофобам, что идея воздвижения памятника родилась еще в 2004-х — 2006 годах, и тогда перед Арменией не стояла задача вступать в Таможенный союз. Почему, тогда с их стороны не было таких активных дебатов? Хотел бы также призвать власти Армении в этом вопросе быть принципиальными. А то получается, что больше уделяется внимания в средствах массовой информации противникам построения памятника, нежели сторонникам. Нужно дать трибуну тем людям, которые знают историю, а не демагогам, которые используют Микояна для обретения дивидендов против России. В Армении будут меняться власти, а память Микояну останется навсегда. Нужно, чтобы наши дети знали, кем был Микоян и что сделал он для Армении. Благодаря ему озеро Севан не засохло, благодаря ему Армения стала развитой промышленной страной. А ведь это были тяжелые времена. Если бы не Микоян, Армения превратилась бы в отсталую страну, где выращивали хлопок, и только усилиями Микояна мы превратились в одну из промышленных стран с АЭС, с Наиритом и с другими успехами. Он спас от смерти Баграмяна, Ерванда Кочара. Имя Кочара изъяли из списка приговоренных к смерти. И неправду говорят те, кто называет его организатором репрессий – ни в одном архиве не обнаружено таких материалов. И нет такого письма Ежову, о котором писал Яковлев. Микоян спас от ГУЛага многих. «Только смелость и ответственность перед людьми сдержали его от самоубийства», – пишет в своих воспоминаниях его сын Серго Микоян. И многие люди сегодня, сидя в тепле, берут ответственность обвинять его. Спрашивали ли они себя – а как бы они сами поступили тогда, когда любой неосторожный шаг карался смертью? Если имелась возможность что-либо изменить, то Микоян непременно делал это, порою рискуя собственной жизнью и жизнью своих родных. Среди тех людей, кого спас Микоян, был также Аветик Исаакян. Невеста Исаакяна в свое время говорила внучке Микояна, что Микоян – святой человек, потому что он спас от репрессий Исаакяна. До сих пор не нашелся ни один человек, который обвинил бы Микояна в том, что по его приказу был расстрелян кто-либо из его родственников. А доказательств тому, что он многим помогал, предостаточно. В частности, он спас от расстрела Тевосяна, крупного металлурга, возглавлявшего Министерство черной металлургии, будучи заместителем Председателя Совмина СССР. В 1947 году он спас выдающегося деятеля Каро Алабяна, которого по распоряжению Сталина должны были арестовать.
В то тяжелое время Микоян не мог остановить палача Сталина. Он не всех смог спасти от тюрьмы и смерти, но уже было подвигом то, что, рискуя жизнью, он помог тем, кому был в силах помочь. По указу Сталина, члены Политбюро не имели права вмешиваться в дела НКВД, и были случаи, когда его заставляли поставить свою подпись. Сталин опорочил его перед армянами, и до противники памятника являются живыми свидетелями этого. Сталин сделал свое черное дело, потому что все еще находятся армяне, для которых он многое сделал уже в современной Армении, называющие его «убийцей».
mikoyankennedi141112Канцлер ФРГ Конрад Аденауэр так отвечал корреспонденту армянской газеты, выходившей в Бразилии: «…Надо признать, что среди знакомых мне советских руководителей до сегодняшнего дня наилучшее впечатление произвел на меня первый заместитель Председателя Совета Министров СССР. Он великий дипломат, одновременно наилучший экономист, с которым человек может сидеть за столом и обмениваться мнениями. Очень остроумен и часто говорит с шутками. Если на сегодня мы имеем экономические связи с Советским Союзом, то этим мы обязаны усилиям и умной дипломатии этого человека. Однако, в беседах с ним следует быть очень внимательным, так как он одновременно великий переговорщик».
Aверелл Гарриман, бывший посол в СССР и крупный политический деятель США, говорил: «Это единственный человек в Кремле, с кем можно разговаривать». Шарль де Голль признался ему, что считает его «исторической личностью международного масштаба». Премьер-министр Великобритании Гарольд Вильсон называл себя учеником Микояна в деле международных переговоров.
В СССР этот человек был одним из немногих, кто мог прямо возразить руководителю советского государства товарищу Сталину, если видел нецелесообразность или явную ошибку в предложениях. Серго Микоян так описывает позицию своего отца: «Отец поддержал инициативу Григория Арутюняна, тогдашнего первого секретаря компартии Армении о том, чтобы направить войска Закавказского военного округа при поддержке частей основной Красной Армии в захваченные Турцией земли Западной Армении, чтобы вернуть хотя бы часть этих земель. Военная разведка тогда сообщила, что турецкие войска отошли вглубь своей территории на 200 км., не сомневаясь, что такая акция будет предпринята и последние уродливые пережитки Брест-Литовского мирного договора 1918 года будут ликвидированы. Сталин же проявил себя как мелкий националист закавказского масштаба – он не хотел такого усиления Армении в Закавказье. Армения бы стала самой крупной и значимой республикой, оттеснив Грузию на второй план».
На выборах в Верховный Совет СССР в декабре 1937 года Микоян был избран по 126-му округу Еревана и выдвигался от этого округа вплоть до 1974 года, и это еше одно свидетельство того, как он любил Армению и Ереван.
В церемонии открытия мемориала Микояна в Москве участвовали первый заместитель мэра столицы Владимир Ресин, последний министр торговли СССР Кондрат Терех и многие другие. Мемориальная доска, установленная на доме, была создана народным художником России, скульптором Фридом Согояном. Он рассказал «Ноеву Ковчегу» историю создания памятного знака.
– Сейчас больше не ставят памятников руководителям Советского государства. Как Анастас Микоян стал исключением из правил?
– Можно сказать, что было сделано приятное исключение из правил. Решение об установке памятной доски было принято правительством Москвы. Правда, моя работа была завершена ещё полтора года назад, но из-за некоторых формальных причин установка откладывалась. Заслуга А.И. Микояна перед нашим народом велика: он внес огромный вклад в экономику страны в тяжелые годы войны и в годы восстановления народного хозяйства. Но самая великая его заслуга в том, что он предотвратил Карибский кризис в 1960 году, когда мир оказался на пороге ядерной войны.
Так неужели мы в Армении всего этого не понимаем.

Анастас Иванович Микоян умер в октябре 1978 года, не дожив всего один месяц до своего 83-летия. Это был человек поучительной судьбы. Он свою жизнь отдал ради Армении. 
По всем советским канонам человек с такой известностью, с 40-летним стажем работы в политбюро и столь серьезными заслугами перед государством должен был быть похоронен у Кремлевской стены или в самой стене. Но Микоян покоится на Новодевичьем кладбище рядом со своей супругой, которую пережил почти на 20 лет…

Армен Анастасян, историк

ИЦ Еркармас

«time to analyze» — politics, society, and ideas